Забвение

- ...малыш. Вот, когда своего первого убьёшь, тогда, может, и поговорим, а сейчас закрой пасть и вали к остальным! - крик Мака разбудил его. Парень быстрым шагом прошёл мимо него.

 - Эй, малыш! - сказал Акс, не поднимаясь с лавки, на которой лежал.

 - Меня зовут Вэн! - зло огрызнулся парень.

 - Шёл бы ты отсюда Вэн!

 - Что?!

 - Вон дверь, иди отсюда. Ничего хорошего из этого не выйдет, тебе не нужно всё это.

 - Но я же присоединился к вам, потому что хочу стать таким же как вы!

 - Дружок, поверь мне, тебе не нужно всё это. Убийство стирает грань между человеком и зверем. Мы все здесь - дикие звери и место нам либо в клетке, любо в земле. Но ты ещё можешь уйти. Так иди, пока не поздно.

 - Но...

 - Пошёл прочь, пока я не встал. Игры кончились. Поверь, когда-нибудь ты скажешь мне "спасибо".

Мальчишка что-то злобно проворчал, подошёл к двери и вышел, хлопнув ею.

- Дурак. Не зря его Мак прогнал, - сказал он вслух и погрузился в полудрёму, из которой его вывел голос Мака.

"Способен ли я на убийство? Хорошо ли убивать или плохо? Являются ли люди на противоположной стороне поля брани твоими настоящими врагами, или просто так сложилось и вы оказались на разных сторонах? Все эти вопросы быстро выбивают у тебя из головы, и они уже никогда не появляются вновь, после войны. Там есть только ты, оружие, цель, следующая цель и следующая цель и смерть, спокойно поджидающая рядом. О-о, эта Госпожа умеет ждать и, что самое главное, она всегда дожидается. Ведь ей не важно, кто перед ней: твой враг, с раскиданными по земле мозгами, или твой боевой товарищ, который за десятки боёв, стал тебе братом, а сейчас, прямо на твоих руках, делает свой последний вдох и закрывает глаза навсегда.

Но, видимо, это моя судьба, от которой никуда не деться. Мой отец был военным, как и мой дед. Безоговорочно выполнять приказы, уничтожать врага и быть верным себе и родине - всё это в моей крови. Но тогда, двадцать лет назад, я не хотел в это верить.

Я был молодым сержантом, она... она была ангелом, как бы банально (учитывая всю божественность этого слова) это не звучало. И, хотя, женским вниманием я обделён не был, она ни разу не взглянула на меня, за всё время пока мы с товарищами ели в том ресторане. Быть может именно этим, своей гордостью (но не гордыней), она смогла зацепить меня. Даже пытаясь познакомиться с ней, она говорила, что у неё много работы, что её воспитание не позволяет знакомиться ей с первыми встречными и её тысячу причин. Но это не была попытка набить себе цену, о нет. Так пытаются вести себя лишь дочки богатых помещиков или генералов. Она же под этой гордостью скрывала свою скромность. Она была как цветок, прекрасна и притягательна, но не пошлым алым цветом розы, а чистым белым цветом лилии.

Мы встречались не долго. Она знала, что мне придётся уехать, но я пообещал ей, что вернусь. И вернулся. Вернулся уволенным в запас офицером и тут же предложил ей стать моей женой. Несмотря на то, что деньги у меня были, свадьба была не пышной, так хотела она. Всего с десяток гостей, её родители, наши близкие друзья. После свадьбы мы уехали в длительное путешествие. Вряд ли можно назвать его свадебным, ведь оно заняло около трёх лет. Я знал, что она ни разу не была за границей. И я хотел показать ей весь мир и увидеть весь мир вместе с ней.

Спустя три года мы вернулись туда, откуда началось наше с ней совместное приключение. И уже через год, нас стало в два раза больше. Кто знает, что такое счастье? Пожалуй, для каждого оно своё, но для меня счастьем стала любимая женщина и пера ребятишек, которых она родила. Я и не верил, что такие чудеса как двойняшки, ещё и мальчик и девочка, случаются. Но счастье, как это обычно бывает, длилось не долго. Долг службы и присяга позвали меня на войну. Войну, которая разлучила нас навсегда.

Я знал, что война меняет людей, но изо всех сил пытался остаться прежним. Я был диверсантом, и каждое моё задание заключалось в том, чтобы пробираться на позицию врага и уничтожать оборонительные сооружения, провиант и орудия. Но если провиант и можно уничтожить простым пожаром, то остальное необходимо взрывать. Взрывать, даже если поблизости люди. Именно не враги, абстрактно описанные командиром противники, которые воюют против нас, а люди. Такие же люди, как и я. И всем одинаково страшно умирать. И убивать. Но одно дело, когда в укреплении "враги", но совсем другое, когда там оказываются заперты товарищи, друзья, братья, которые сражались с тобой рука об руку, но которые из-за обстоятельств остались там. Всем диверсантам на этот случай известно распоряжение сверху: "Взрывай и уходи". Оно известно всем. И мне, тому, кто находится с фитилём и спичками снаружи и им, кто остался там и бьётся с противниками, чтобы дать мне шанс выполнить приказ... Кошмар, называемый войной, длился целый год.

Но ужасы войны - ничто перед тем, что ожидало меня по возвращении домой. Пожары, которые прошёл в тот , год затронули многие города и унесли с собой множество семей. В том числе, и мою. Уйти защищать страну, народ и не суметь защитить самых родных, это ли не ирония судьбы? И я ушёл, ушёл из этой жизни вместе с ними, ведь единственный якорь, прочно держащий меня в этом мире, навечно канул в пучину, куда мне никогда не донырнуть. Я ушёл, чтобы делать единственное, что я умею - сеять разрушения. Я был поражён, узнав, насколько многим людям это нужно. Им нравилось то, с какой безэмоциональностью я приступал к заданию, и насколько профессионально всё выполнял. Но больше всего им нравилось, то, насколько маленькую цену я просил. О, пожалуй, цена грела им душу больше всего!

Просто им не дано понять, что мертвецу ничего не нужно. У мертвеца нет принципов, морали. И страха, главного страха перед смертью у него тоже нет."

Он сел и огляделся по сторонам. Долор и Аконис что-то обсуждали, Мак, как единственный, кто умеет готовить, торчал на кухне. Акс, поднялся и побрёл к тому, кого за столь долгое время, он, наконец, мог назвать другом братом по оружию.

- Неужто скоро поедим? - спросил Акс.

- Да. Осталось около часа, не дольше, - Мак подошёл к воде и стал мыть нож. - Скажи мне Акс, чем ты хотел заниматься всю жизнь? Кем хотел стать в детстве?

Акс вопросительно посмотрел на него:

- Нашёл чего спросить. Это было настолько давно, что я уж и не помню. А что?

- Наша жизнь - это лишь череда заказов. Есть человек, неугодный заказчику, мы устраняем его. Без вопросов, без сожалений. И неважно кто в следующем заказе - мужчина, женщина или предыдущий работодатель. Мы убийцы, пожинатели жизней, глупо это отрицать. Глупо отрицать и тот факт, что мы стоим вне закона. Ни над ним, ни под ним, мы просто вне этой системы. Но к чему мы в итоге идём? Чего добиваемся?

- Это просто наш способ озолотиться, наша работа.

"И единственное, что я умею," - подумал Акс.

- Да, но ведь у всех есть цель. Матрос хочет стать капитаном, музыкант хочет славы, кто-то денег, кто-то власти... У всех вкусы разные, но разница между нами и ими в том, что они в системе, а мы вне её. Кто мне может запретить ограбить банк или богатея, получить ту девушку, которую я захочу? К чему мне вообще власть и влияние, когда я обладаю высшей властью - взять то, что хочу? Но вот вопрос, чего я действительно хочу? Какова моя цель?

- Ну а как же удовольствие от работы?

- Ты же знаешь, что для меня заказ, это просто заказ.

- Тогда, может, семья? Или ученик, тот, кому передашь свои знания.

- Семья? Ты, верно, издеваешься. Даже если у меня и будет семья, сыну я этого не расскажу. А ученик тоже может ещё тот попасться. Вон, глянь на нашего новенького, - они дружно засмеялись.

- Ну, может, путешествия? - спросил Акс, вспоминая, как путешествовали они с женой.

- Только за те года, что мы вместе, мы видели сотни мест. А пока я плавал на корабле, я видел ещё больше.

- О да, байки про твои странствия под хорошую выпивку до сих пор будоражат наши умы. Ты мог бы стать хорошим хозяином таверны! Да что говорить, бабы буквально вешаются на тебя и готовы штабелями под тебя ложиться! О, может, тебе бабу охота.

- Да я её в любой момент получить могу, стоит лишь захотеть!

- А может, славы? Хотя... - Акс почесал затылок. - Не-е, ты не из таких, не тщеславный. Правильный слишком, даже для рядового гражданина...

- Стоп... - сказал тихо Мак. - А может ты и прав...

- Насчёт бабы то? – пошутил Акс.

- Да нет, насчёт славы...

- Ах ты тщеславный ублюдок.

- Нет, я не совсем это имел в виду, - глаза у него бегали, было видно, что он пытался быстро подобрать нужные слова и не упустить  мысль. - Я лишь хочу знать, что оставлю после себя? Я хочу, чтобы это были не просто горы трупов, а нечто большее. Нет, я не хочу славы как таковой. Я лишь хочу, чтобы меня не забыли, хочу, чтобы помнили как убийцу или как какого-то другого, лишь бы помнили. Не хочу кануть в Лету, как миллионы других, как те, кого я убил. Хочу жить в нашем ремесле, в делах, в памяти родственников и друзей жертв, как тень, как тайное знание, как призрак. Я не хочу забвения...

"Ох, а как же этого забвения хочу я," - подумал Акс

В кухне нависла тишина, и вдруг за окном послышался громкий хруст. Они обернулись...

- Залп!..

25.11.2015

Александр Кравчук

1 часть: Ужин

2 часть: Retribution / Возмездие

3 часть: Torture maker / Пыточных дел мастер

5 часть: Наследие